Про то, как я решил в школу пойти
В прошлом году со мной вот что случилось…
У Вовки был способ запоминать. Если Вовка хотел что-нибудь запомнить, он вслух пел. Я тоже запомнил, как Вовка пел буквы: «А–а-а–а бвгд–э-э–э…»
Хожу и пою во всё горло. Получалось всё как у Вовки. Только Катя мне очень мешала. Она ходила за мной и тоже пела. Ей всего только пять лет, а она всюду лезет. Во все дела свой нос суёт. У неё несносный характер. От неё никому нет покоя. Она много бед натворила: разбила графин, три тарелки, две чашки и банку с вареньем. Я в ванной заперся буквы петь. А она в дверь стучит и плачет. И чего человеку нужно! Зачем ей со мной петь? Непонятно. Хорошо, мама её увела, а то я бы спутал буквы. А так я всё прекрасно запомнил.
Пришёл в Вовкин класс и сел за парту. Какой–то мальчишка стал гнать меня, а я в парту вцепился и не ухожу. Ему пришлось сесть за другую парту.
Учитель сразу заметил меня. Он спросил:
— Ты откуда, мальчик?
— Мне девять лет, — соврал я.
— Не похоже, — сказал учитель.
— Я сам пришёл, — сказал я, — я могу буквы петь.
— Какие буквы?
— А–а-а–а бвгд–э-э–э…
— А дальше как? — спрашивает учитель.
— А разве ещё буквы есть?
— Конечно, есть. — И показывает мне книжку.
Ох и много там букв! Я испугался даже.
— Я не могу столько, я ещё маленький…
— А ты думал, что ты уже большой?
— Я не думал, что я такой маленький. Я ростом как Вовка.
— А кто такой Вовка?
— Вон он сидит, — сказал я. — Мы с ним мерялись…
— Врёт он! — крикнул Вовка. — Я выше!
Все засмеялись. Учитель сказал:
— Я вам верю обоим. Тем более, что вы мерялись. Но ты ведь всех букв не знаешь.
— Это верно, — сказал я. — Но я их выучу.
— Вот когда выучишь, приходи. А сейчас рановато.
— Обязательно, — говорю, — приду. До свидания.
— До свидания, — говорит учитель.
Вот как всё получилось!
Я думал, Вовка дразниться будет.
Но Вовка не стал дразниться. Он сказал:
— Не горюй. Тебе ждать только два годика. Это совсем немного ждать. Другим ждать гораздо больше. Моему брату пять лет надо ждать.
— Я не горюю…
— Чего горевать!..
— Нечего горевать, — сказал я. — Я не горюю…
На самом деле я горевал. Но я не показывал этого.
— У меня букварь лишний есть, — сказал Вовка. — Один букварь мне папа купил, другой — мама. Хочешь, я тебе дам букварь?
Я хотел ему дать взамен ленту гвардейскую. Он давно у меня эту ленту просил. А он ленту не взял.
— Я за букварь, — говорит, —ленту брать не буду. Учись, пожалуйста. Мне не жалко.
— Тогда просто так, — говорю, — возьми ленту.
— Просто так можно.
— Я тебе дал бы свой сон, — говорю. — Но сон никак нельзя дать. Ты ведь знаешь.
Дело в том, что Вовке петухи всегда снятся. И ничего другого не снится. Он сам мне про это рассказывал. А мне разные сны снятся. Как я по горам лез, ох и трудно было! Я даже проснулся. Как я вратарём стоял. Сто мячей поймал.
— А мне всё петухи… — вздохнул Вовка. — Так скучно!
— А ты гони их.
— Как же их гнать? Ведь они во сне…
— Всё равно гони.
Мне очень хотелось ему помочь. Чтобы ему снились нормальные сны, а не петухи какие–то. Но что я мог поделать! Я с удовольствием отдал бы ему свой сон!
